Методологическая триангуляция

Приводится по: Янчук В.А. Введение в современную социальную психологию. – Минск: АСАР, 2005, с. 223-227.

 

Несмотря на существующее многообразие способов комбинирования количественных и качественных методов, направленного на продуктивное использование их потенциала, J. C. Greene и V. J. Caracelli ( 1997) предлагают пять их возможных сочетаний:

1.      Триангуляция, предполагающая проверку согласованности данных, полученных посредством различных вариаций качественных и количественных методов.

2.      Взаимодополнение, предполагающее прояснение и иллюстрацию результатов, полученных методами одного класса методами другого класса.

3.      Развитие результатов, полученных методами одного класса, результатами, полученными методами другого класса.

4.      Инициация новых исследовательских вопросов или изменение результатов, полученных методами одного класса, методами другого класса.

5.      Экспансия, предоставляющая обогащение и детализацию исследуемого явления с использованием специфических качеств методов разных классов.

Одной из наиболее распространенных разновидностей подобного комбинирования, поддерживаемой большинством исследователей, является методологическая триангуляция  – термин, используемый в навигации и геодезии и описывающий технику построения третьей точки на основе двух известных.

Применительно к методологии психологического исследования впервые данный термин был использован D. Campbell (1959). В современной психологии под триангуляцией понимается «использование данных, собранных из различных источников различными методами, различными исследователями и, по возможности, всеми триангуляционными техниками, обладающими необходимой надежностью» (Robson, 1998, с. 404). Такое определение позволяет схватить все многообразие авторских версий и смыслов, вкладываемых в данный подход, его ограничения и возможности.

По мнению ряда авторов, комбинирование качественных и количественных методов, получившее название третьего пути, приводит к единению преимуществ обеих методологий, и как следствие – более надежным данным. Минимизируется неадекватность отдельных методов, что в итоге приводит к высокой внутренней надежности. J. Bradley подчеркивает в этой связи, что «крайне желательно в интересах методологического плюрализма исследовать основоположения всех исследований в контексте их полезности для понимания конкретной исследовательской проблемы. Активное обсуждение того, что мы знаем, в свете того, как создается наше знание, может только расширить наше понимание» (1993, с. 448).

B.J. Breitmayer считает, что «триангуляция комбинирует независимые и взаимодополняющие методы для:

§              улучшения описания исследуемых процессов или процесса;

§              идентификации хронологии событий;

§              предоставления оснований для очевидности внутренней валидности;

§              подтверждения или валидизации результатов исследования»;

§              для понимания и контекстуальной репрезентации результатов исследования феномена» (1993, c. 195).

При относительно независимом друг от друга сборе и оперировании данными они сопоставляются в завершение каждого исследовательского цикла для формулирования возможно новых гипотез, проверки выводов, их коррекции.

J. Morse (1991) предлагает подразделять методологическую триангуляцию на одновременную и последовательную. Первая предполагает параллельное использование количественных и качественных методов, вторая – их последовательное использование, при котором полученные при посредстве одной методологии данные используются для последующего привлечения альтернативной методологии.

Первым шагом применения триангуляции является детерминация специфической и исследовательской проблемы. Подобное имеет место в случае перехода от индуктивно построенной теоретической конструкции к эмпирически подтверждаемой дедуктивной конструкции. E. Mitchell (1986) утверждает, что триангуляция дает возможность подвижности и глубинности, которой лишены отдельные методы. Для обеспечения эффективности следует соблюдать следующие требования:

§              четкое определение исследуемого вопроса;

§              компенсация сильных и слабых стороны каждого из методов продуктивными возможностями друг друга;

§              пригодность избранных методов для исследуемого феномена;

§              продолжающаяся циклическая оценка продуктивности и валидности используемого подхода.

Продуктивность методологической триангуляции была подтверждена и в ряде других исследований. M. Duffy (1987), например, приводит ряд преимуществ использования методологической триангуляции:

§              Используемая концептуальная структура, предоставляющая теоретическую базу исследования, может целиком или частично основываться на результатах качественных исследований.

§              В областях, в которых были получены пересекающиеся результаты, отдельные качественные данные могут быть верифицированы посредством количественных.

§              Качественные данные, полученные в процессе интервью или наблюдения, могут быть использованы в качестве основания для отбора единиц или индикаторов при последующем создании исследовательских инструментов, ориентированных на получение количественных данных.

§              Внешняя валидность эмпирически генерированных конструктов может быть достигнута в результате использования интервью или наблюдения: там, где имеют место возможные рассогласования, могут быть применены пилотажные исследования, создающие основания для выявления слабостей и неадекватных интерпретаций тестируемых индивидов.

§              Уточнение неопределенных и провокационных ответов опрашиваемых может быть достигнуто посредством перепроверки в полевых условиях.

§              Количественные данные могут предоставлять информацию об исходных неточностях в концептуальных построениях исследователя, не предусмотренных им ранее.

§              Использование обзорных количественных данных по всем предусмотренным аспектам исследования может способствовать корректировке качественного исследования, проводимого на репрезентативной группе испытуемых.

§              Использование количественных оценок может корректировать «холистические ошибки» (представления исследователя о полной конгруэнтности всех аспектов данной ситуации, притом, что представления самого исследователя могут оказаться следствием уже сформировавшегося взгляда). Одновременное использование количественных инструментов может помочь верификации наблюдений, полученных в процессе неформального полевого наблюдения.

В тоже время методологическая триангуляция приводит к снижению внутренней валидности результатов исследования. К проблемным вопросам исследования, построенного на методологической триангуляции относятся следующие:

§              Как комбинировать цифровые, лингвистические и составные данные?

§              Как интерпретировать дивергентные результаты цифровых и лингвистических данных?

§              Что делать с пресекающимися концептами данных, сложно отделяемыми друг от друга?

§              Когда и как оценивать вес полученных данных?

§              При каких условиях различные методы могут рассматриваться как одинаково чувствительные и равновесные?

Триангуляция не является панацеей от всех сложностей социальных исследований. Тем не менее многими авторами она рассматривается как компромиссное решение, способное максимизировать сильные и минимизировать слабые стороны каждого отдельного подхода. Она способствует углублению исследования и развития знаний о феномене, может приводить к открытию парадоксов и противоречий как теоретических построений, так и эмпирических выводов, полученных в рамках традиционного количественного подхода к исследованию психологической феноменологии. A. A. Bryman (1988) называет ее технической версией количественно-качественных дискуссий. Он указывает, что количество и качество не представляют несоизмеримых парадигм вообще, а всего лишь методологии, избираемые по принципу наибольшей пригодности к изучению определенного класса проблем.

Авторские разработки в данной области проводятся в аспекте повышения продуктивности количественных и качественных методов в отдельности и оптимального сочетания их в целях более глубинной информации об изучаемом явлении.

Преимущества использования смешанной методологии в исследования вполне убедительно показаны в ряде прикладных исследований. G. Tsourvakas (1997) выделяет следующие:

§              Качественные методы, особенно наблюдение или неструктурированное интервью, позволяют исследователю разработать целостный «портрет» исследуемого субъекта, что особенно важно для начальной стадии исследования.

§              Количественный анализ более пригоден для изучения поведенческих или описательных компонентов.

§              Описательный анализ способствует выделению репрезентативных примеров для последующего качественного исследования.

§              Использование качественных методов позволяет исследовать непредвиденное развитие событий.

§              Количественный анализ может дополнять результаты качественных открытий, показывая степень их распространения.

§              Количественный анализ может подтверждать (или опровергать) кажущуюся (или реальную) значимость полученных результатов.

§              Количественные методы имеют значительно более низкую объяснительную ценность, качественные дают основания для более глубокого объяснения изучаемого феномена.

Как отмечает C. Robson, «не существует правила, предопределяющего использование одного метода в исследовании. Использование более чем одного метода в исследовании может давать существенные преимущества и в то же время с неизбежностью увеличивает время исследования, так как нам никогда не удастся получить результатов, на которые не оказывал бы влияния метод их получения, единственной возможной стратегий является использование многообразия методов» (1998, c. 290).

Robson очерчивает ряд возможных плоскостей продуктивного использования методологической триангуляции. Вместо того чтобы сосредоточиваться на отдельном исследовательском вопросе, они (множественные методы.В.Я.) могут быть использованы для адресования различным, но взаимодополняющим вопросам для усиления взаимоинтерпретируемости, доступа к достоверности угроз валидности результатов первичных исследований. Эта тактика особенно часто применяется в случае квази-экспериментальных исследований.

К числу наиболее известных разработок относится подход с позиций обоснованной теории и sensemaking.

Общим для обоих является наличие исследовательской спирали, предполагающей уточнение исследователем смыслов, которыми оперирует информант в форме диалога, направленного на формирование разделяемого поля значений между исследователем и исследуемым.

Однако и эти исследовательские методологии обладают рядом вполне естественных ограничений:

§              огромные объемы информации, подлежащей анализу;

§              неопределенность вопроса о том, сколько срезов и в какой последовательности необходимо для схватывания смыслов;

§              непроизвольное формирование определенной структуры межличностных взаимоотношений между участниками исследования, повышающими возможность субъективной интерпретации.

Любое качественное продвижение в области исследовательской методологии не преодолевает всех проблем изучения реальной социальной жизни в ее экзистенциальной феноменальности и пространственно-временной континуальности. Не решается она и в исследовательских компромиссах количественной и качественной методологий.

Некоторые исследователи утверждают, что проблема заключается не в нахождении методов сопряжения количественных и качественных методологий исследования. A. A. Bryman (1988) считает подобную постановку вопроса не верной в принципе. По мнению G. Morgan и L. Smircich, «проблема состоит в плоскости поиска механизмов сопряжения разных парадигмальных координат и сопутствующих им методологических эпистемологических и онтологических оснований» (1980, c. 494). N.W. Blaikie считает, что «комбинирование методов, основанных на различных теоретических основаниях, невозможно в принципе» (1991, с. 134). При внешне кажущемся радикализме представленных суждений, есть в них один крайне важный аспект: соотнесение или сопряжение методов, адресованных разным типам реальности, и самих этих реальностей в их проявлении исследователю и наблюдателю.